Грустит тот, кому не всё равно.
The Vampire Diaries.


Каждый день, каждый час, каждую минуту нас окутывают чувства и эмоции, мы живем и дышим, мы любим и ненавидим, презираем и бросаемся в омут, окутанные чувствами.  Этот омут, как добродушная женщина принимает нас в свои объятья, не желая отпускать, она идет с нами рука об руку всю жизнь, то оберегая, то заставляя страдать.

Это невозможно, я не верю, не могу поверить. Но, как я могу отрицать очевидное. Кто-то, кто не стареет, кого невозможно ранить, кто меняется необъяснимо.
Elena.

Сколько времени прошло с того момента, как ее жизнь так сильно изменилась, так сильно, что, порой, вставая утром с кровати, Елена думала, что то, что было прежде было просто сном, а не ее, реальной жизнью. Теперь, безоблачное прошлое с родителями казалось просто сном, сейчас все было иначе. Год или два, а может три или четыре, сколько времени? Сколько она уже так живет, девушка и сама запуталась. Как просто было раньше, а сейчас как на минном поле каждый день. Казалось бы, подростки мечтают о приключениях, но она уже давно была не подросток, столько, сколько пережила она и ее друзья переживали не все взрослые. И останавливаясь сейчас, Елена анализирует, то, что с ней произошло: страх, боль от потери близких, ее безудержная любовь к Стефану и теплые чувства к Деймону, вина, которая преследует ее, все это не давало покоя и она ничего просто ничего не может сделать, потому что руки словно связаны. Потому что, когда она пытается сделать как лучше, она снова кого-то теряет, а терять она больше никого не хочет.

Мать сделала нас вампирами. Она не делала нас чудовищами. Мы сами себя такими сотворили.
Elijah.

Семья древних вампиров таких великих, что о них ходили и ходят легенды, теперь они уже не легенда и в Мистик Фолс их многие знают, их боятся и уважают, но после поступка матери, матери, которая хотела избавиться от своих детей все они: Кол, Ребекка, Клаус, Элайджа, будто очнулись ото сна, и не могут снова заснуть, тем сладостным сном. Элайджа все не может отделаться от мысли, что  все, что он делал, было не правильно и ужасно, и как бы вампир не старался откинуть эту мысль, она все чаще посещает его.
Кол уехал из города и пока не возвращался, но кто знает, что может прийти ему в голову.  Элайджа тоже просто ушел, а Клаус и Ребекка остались, переживая все каждый по-своему. Клаус всегда всю жизнь боялся остаться один, но никогда бы не признался даже себе в этом, а Ребекка всегда хотела быть человеком, просто человеком, такой же, как все. Но все портила ее сущность, от которой даже теперь она не могла отказаться, как Фин, просто не могла.

Поставь себя на ее место. Все, что произошло сегодня, было сделано во имя тебя. И это нормально, потому что она любит тебя, очень любит. Но почему-то именно она всегда оказывается под ударом.
Caroline.


Вампиры не чувствуют, кажется, это не раз уже было опровергнуто, все эти существа, как люди, она любят и нет. Кэролайн, стала еще более рассудительной и спокойной, она все та же, как кажется другим, но близкие знают, что Кэр уже не так, что прежде.  Она запуталась еще больше в своих чувствах. Тайлера нет рядом, и он не звонит, и, кажется, что все осталось в прошлом, кажется, что она начинает забывать. И ее не покидает чувство того, что она предала кого-то, признаться себе, в том, что она предала Клауса, Форбс не решается, потому что это ведь Клаус, верно?
Бонни? А что Бонни, девушка и сама не знает, что с ней, и как она. Ее мать теперь вампир, существо, которое она должна ненавидеть, но которое не может не любить. Все смешалось в ее жизни, все по-другому, плохое и хорошее перемешались, образовав серую массу, в которой ведьма вынуждена вариться. Потому что, потому что не знает, что ей делать.

Если план «А» не сработал, у тебя есть ещё 32 буквы, чтобы попробовать.
Damon.


Два брата, такие разные, не похожие друг на друга, но последнее время стало казаться, что они поменялись местами. Деймон вдруг стал заботливым и милым, а Стефан разъяренной машиной для убийств.  Но как всегда выходило так, что даже такого Стефана любили больше чем Деймона? Вампир никак не мог этого понять, что с ним не так? Возможно так и надо, возможно он действительно сделал слишком много плохого, но ему так хотелось верить, что нет, что это можно простить, что и его Елена может любить. Ему больше не нужен был никто, кроме нее, остальные могли думать что хотели.
Стефану постоянно казалось, что он раскрыл себя, что он начинает чувствовать, что его план раскрылся, что месть его не свершится. Он так был занят этим, что совсем не замечал, что происходило вокруг, как он сам меняется, и как к нему начинают относиться.
Помимо Елены, братьев теперь объединял очередной план по уничтожению Клауса, от Ребекки Деймон узнает, о том, что скоро может вырасти новый дуб, тот самый, который когда-то сожгли древние, но который успел дать семена. И теперь надо найти это молодое дерево и не дать ему погибнуть, но как сделать это, чтобы никто не узнал, чтобы Елене ничего не угрожало. Эти вопросы заполняют голову Сальваторов все время, а ответы все не приходят.
Это вечные вопросы: как быть, как любить, как сделать так или иначе, все они постоянно вертятся рядом с нашими героями, порхая в их жизни птицами и тревожа своими крыльями и клювами, иногда больно клюнув, и не сразу зажив.

Все что мы можем, быть готовыми к лучшему, чтобы кода это лучшее придет, мы пригласили его зайти, потому что мы нуждаемся в нем…
The Vampire Diaries


Данный сюжет принадлежит только проекту "The Vampire Diaries: Last Future " любое копирование будет наказано.